Если верить старой советской песенке, одна из основных черт, заложенных природой в человека, — желание знать, что будет. На этой благодатной почве во все времена всходили армии гадалок, прорицателей, медиумов и хиромантов. Но мелочными интересами дело не ограничилось, и людям хотелось знать вещи помасштабнее, например, когда уже там конец света. Можно наугад открыть книгу по истории и наткнуться на целую гроздь пророков, каждый из которых точнее прочих знал дату апокалипсиса. Огромная разница в датах не мешала им собирать паству разного калибра, кормившую своих провидцев. Причем одержимость человечества собственной кончиной никак не связана с исторической эпохой, конфессией и уровнем образованности, что доказывает опыт сект «Дети Бога», «Аум Синрикё» и прочих.
Потому неудивительно, что во все времена люди фантазировали и пытались предугадать, что разрушит такую хрупкую конструкцию, как человеческая цивилизация. «Официальные» версии давно уже всем знакомы благодаря священным писаниям, а тем, кто не успел опубликоваться в Библии или Коране, остается пробовать себя на ниве искусства в жанре постапокалипсис.
Начиная с 1980-х годов, когда сформировались характерные черты и эстетика постапокалипсиса, режиссеры, писатели, игроделы и авторы комиксов соревновались в оригинальности, выдумывая все новые и новые возможные причины краха человечества. И нужно признать, что в некоторых постапокалиптических произведениях будущее предсказано довольно точно. К таким я отношу «Никополь» Энки Билала.
![Капсула времени из будущего. Рецензия на комикс «Никополь» Э. Билала, изображение №1](https://sun9-12.userapi.com/impf/c850736/v850736162/12882f/w0Va54eDPX0.jpg?size=793x1080&quality=96&sign=4f73a4de16eb2c789bde524bb4e0115b&type=album)
История начинается в 2023 году в Париже. Столицу Франции не узнать: управляет городом фашистская партия, Париж полуразрушен после двух ядерных войн и разделен на зоны для элиты и всех остальных. Ко «всем остальным» относятся не только бедствующие люди, но и мутанты с инопланетными пришельцами. Этого автору мало, потому над городом зависает космический корабль в виде пирамиды, в котором путешествуют самые настоящие египетские боги.
В этот абсурдный постмодернистский винегрет падает с небес главный герой — Алкид Никополь, последние несколько десятков лет проведший в капсуле глубокой заморозки. Ему предстоит стать сосудом для Гора, который вознамерился захватить власть в Париже, чтобы снабдить свой корабль необходимым горючим. В следующих двух книгах мы сможем понаблюдать за любовной историей Никополя-Гора и некой журналистки Джил Биоскоп.
Обсуждать сюжет и персонажей в случае «Никополя», на мой взгляд, занятие столь же пустое, сколь пусты и сюжет, и персонажи. С литературной точки зрения комикс провален. Это первый опыт Энки в сценарном деле. Можно было бы списать все проблемы произведения на правило первого блина, однако между выпуском первого и третьего томов прошло 12 лет, а качество сценария за эти годы не стало лучше. Более того, самой удачной из трех книг я бы признал как раз первую.
![Капсула времени из будущего. Рецензия на комикс «Никополь» Э. Билала, изображение №2](https://sun9-25.userapi.com/impf/c850736/v850736162/128838/K_g8yRCJJu8.jpg?size=800x1074&quality=96&sign=abf9da09ef4cf01c41b742a128c403e3&type=album)
В чем же проблемы «Никополя»?
Первая и, как я думаю, основная заключается в том, что Энки будто бы забывает раскрывать читателю персонажей и выдуманный им мир. В голове автора и то, и другое сформировалось, но поделиться своими соображениями с читателем он позабыл. Когда начинаешь читать комикс, попадаешь в совершенно незнакомый и абсурдный мир. Я было решил, что Энки использует довольно распространенный прием: читатель узнает вселенную вместе с главным героем, что создает между ними связь. Потому я ожидал появления персонажа, для которого Париж будущего оказался бы чуждым и незнакомым. Однако далее Алкид становится обычной марионеткой. Он не знакомится с миром, вселенная перед ним не раскрывает своих секретов. Все, что делает Никополь, — безвольно плывет по волнам сценарных задумок Билала без какой бы то ни было мотивации и причинно-следственной связи. И касается это абсолютно всех персонажей. Они не живые люди, а картонные куклы, которые послушно дергаются, когда сценарист тянет за веревочку.
Кроме того, комикс читается так, будто это история, которая начинается с середины. Складывается ощущение, что автор на предыдущих двух сотнях страниц рассказал, что это за вселенная, по каким законам она действует, кто все эти люди и как они тут оказались, но потом решил просто их выбросить, начав сюжет без всяких объяснений. И даже после того, как закроешь третий том, остается чувство, что история продолжается где-то там, на страницах, которые автор вновь решил не вставлять. Потому в целом «Никополь» воспринимается как фрагмент какого-то более масштабного произведения, где остались завязка и финал.
![Капсула времени из будущего. Рецензия на комикс «Никополь» Э. Билала, изображение №3](https://sun9-54.userapi.com/impf/c850736/v850736162/128841/X6dXNdtc0A4.jpg?size=813x1080&quality=96&sign=26cc28898fa34260118a0b57caecf64a&type=album)
Проблема этой вселенной, на мой взгляд, именно в недосказанности. Взять, к примеру «Звездные войны»: вселенная, которой люди болеют, сами создают к ней тонны текстов и рисунков, расширяя ее, помогая авторам ее дополнять. Но как «заболеть» вселенной «Никополя», если неизвестны ни ее история, ни ее законы? Энки построил три тома так, что мы смогли вместе с персонажами побывать в Британии, Германии и Франции, оценив разрушительные последствия двух ядерных войн. Однако он толком не объяснил, что это были за войны, из-за чего они вспыхнули и почему важнейшие европейские города стоят на месте после таких разрушительных катастроф. Как так вышло, что Вторая мировая война напугала человечество и заставила хотя бы на время задуматься о последствиях, а ядерная война породила воинственный фашистский строй? Эта вселенная лишь плодит вопросы.
Энки как бы говорит: «Вот такой вот мир получился, а как так вышло — думайте сами». На первый взгляд кажется, что перед нами пример сценарной лени: автор требует от читателя самостоятельно залатать дыры в сюжете. Однако подобный прием нередко работал у многих других творцов, вот только Билал взял слишком близкую дату. Я понимаю, что в 1980 году 2023-й представлялся запредельно далеким, но если рассматривать дату в масштабе истории, она не кажется столь заоблачной, да и проследить причинно-следственную связь за сорок лет вполне возможно. У нас есть примеры «Темной башни», «Охотника на вампиров Ди» или даже «Времени приключений», где события разворачиваются спустя тысячи и тысячи лет после наших дней. Тот недостижимый мир может оказаться смесью самых абсурдных элементов настоящего, потому что невозможно представить, сколько раз за это время все вставало с ног на голову, сколько раз цивилизация уничтожалась под корень и какие процессы сформировали в итоге это чудаковатое будущее. Так что вселенная «Никополя» могла бы сработать, если бы Алкид упал на Париж не в 2023-м, а, скажем, в 5000 году. Думаю, Билал понял эту оплошность, потому что в срежиссированном им фильме (комиксом Билал не ограничился: свет увидели видеоигра и фильм, созданные по мотивам «Никополя», однако большой популярности они не получили) он перенес события в 2095 год.
Еще один интересный момент: в будущем «Никополя» все еще существует советский блок, но Алкид-Гор так туда и не попадает. С одной стороны, жаль, что мы не смогли увидеть, как бы выглядел СССР в этом абсурдном мире; с другой стороны, мне кажется, этого и не нужно, ведь уже существует комикс, который в такой же манере смешивает воедино религию, политику и будущее, но на такой родной для нас почве. «Орда» Игоря Баранько — это «Никополь», случившийся в России 90-х.
![Капсула времени из будущего. Рецензия на комикс «Никополь» Э. Билала, изображение №6](https://sun9-79.userapi.com/impf/c850736/v850736162/128853/iHSp2UDJvfg.jpg?size=811x1080&quality=96&sign=abae09ab1342825a7a0d95df4f4bcf4f&type=album)
К плюсам можно отнести лишь рисунок. Насколько Энки не силен в сценарном мастерстве, настолько же он хорош в рисовании. Изображенный им мир интригует. Пусть иногда он выглядит глуповато (как, например, в моменты, когда из городских стен торчат неразорвавшиеся фугасы, которые никого не волнуют уже пару десятилетий), но отказать этой выдуманной вселенной в своеобразности созданной эстетики невозможно. Трудно перепутать стиль Билала с манерой рисования другого художника. Резкость линий, яркость персонажей, мрачность окружения. Думаю, этот стиль повлиял на многих художников и киноделов.
Что же у нас в сухом остатке? Сюжет и сценарий пусты, ведь они нужны исключительно для того, чтобы показать выдуманный автором мир. Мир, переполненный множеством необычных и странных элементов, которые Энки не удосужился как-то обосновать или хотя бы немного объяснить. Работу вытягивает лишь авторский визуальный стиль. Однако остается еще один вопрос, который стоит обсудить: насколько Билалу удалось предсказать будущее?
Когда Энки писал «Никополь», до наших дней оставалось еще четыре десятка лет. Огромный срок, за который все может измениться. Автор вложил в книгу свое пессимистичное предположение, которое, на мой взгляд, оказалось не таким уж далеким от истины. С небес не спустились ни боги, ни пришельцы, взаимные ядерные удары не разнесли городов идейных противников. Но после полувекового триумфа левых в Европе начинают поднимать голову правые партии. Уроки Второй мировой забываются, и вновь растут националистические настроения, а миром правят корпорации через карманные правительства. Улицы Европы полны пришельцев, которые, правда, прилетели не с иных планет, а из иных стран, хотя разница между культурами столь же велика. Пусть Билал ошибся в деталях и палитре, но настроение в целом он уловил верно.
Наблюдая за борьбой SJW, которая доходит до полнейшего абсурда, в мире, где запрещено произносить слово «война», но спокойно можно вести множество «вооруженных конфликтов»; в мире, где здравый смысл положен на алтарь свободы личности; в мире, который постепенно становится новым и дивным, я ощущаю себя не лучше Алкида, проснувшегося на улочках Парижа в 2023 году. Так что «Никополь» может оказаться тем, чем себя и позиционирует во втором томе — репортажем из будущего, попавшим 1980-е.